Максим Бобров комментирует для Pravo.ru спор о наследстве скончавшегося миллиардера Олега Бурлакова. Бурлаков умер летом 2021 года, после чего за его наследство развернулась ожесточенная борьба. Яблоком раздора между родственниками стало обнаруженное рукописное завещание, составленное в Монако. Согласно завещанию наследниками являются сестра и ее муж, а не супруга Бурлакова. Наследственные споры родственников умерших бизнесменов, как показывает практика, все чаще перерастают в корпоративные конфликты в наследуемом бизнесе (как например, в деле о наследовании бизнеса Андрея Трубникова (Natura Siberica). Максим Бобров, управляющий партнер АБ «Бобров, Толстов и партнеры» объясняет, что принципиальным является то, где наследодатель имел место жительства: «Именно законом этой страны и будет регулироваться порядок наследования (исключение составляет недвижимость); по праву страны места жительства на момент составления завещания будет определяться его форма». «Законы княжества допускают простую письменную форму завещания (ст. 836 ГК Монако), такое завещание является действительным и без наличия чрезвычайных обстоятельств в отличие от российского права. В России такие завещания должны признаваться по закону. Однако для подтверждения его действительности необходимо будет доказать, что именно Бурлаков подписал документ, составленный в Монако. На практике это можно сделать только путем проведения почерковедческой экспертизы.» Ссылка на полный материал>>
>
Налоговая задолженность компании взыскана с ее контролирующего лица в уголовном деле и в деле о банкротстве. Как не понести двойную ответственность и возможен ли зачет? Если компания не способна погасить недоимку самостоятельно инспекция запускает процедуру взыскания долгов с ее руководителя . Для этого ФНС подает либо заявление о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве либо заявляет гражданский иск в рамках возбужденного против него уголовного дела. Нередко на практике используют одновременно оба варианта. Это приводит к вынесению параллельных судебных актов: приговора суда по уголовному делу и определения арбитражного суда по делу о банкротстве. В результате недоимку взыскивают с одних и тех же лиц, по сути, два раза. О том, как избежать двойного взыскания в комментарии Максима Боброва для журнала «Налоговые споры». Скачать по ссылке >>
>
Максим Бобров комментирует для VTimes перспективы рассмотрения недавно поданного НК «Роснефть» иска против издания о защите деловой репутации из-за публикации заметки о покупке компанией ряда месторождений на Таймыре. Это уже 7 иск нефтяной компании к независимым медиа за последнее время. Максим Бобров: «На первый взгляд перспективы выигрыша дела со стороны „Роснефти“ выглядят довольно туманными. Вместе с тем, учитывая прежнюю практику судов при рассмотрении споров между „Роснефтью“ и СМИ, вынесение негативного решения против издания, несмотря на высказанные соображения, нельзя исключать». По закону для удовлетворения судом подобного иска истцу нужно доказать ряд обстоятельств, одним из которых является порочащий характер сведений. «Вызывает сомнения, что утверждение о намерении компании выплатить Э. Худайнатову $11 млрд за активы на Таймыре может порочить ее деловую репутацию, — говорит Бобров. — В судебной практике порочащими признаются сведения о нарушении закона, неэтичном поведении, недобросовестности при ведении бизнеса и т.п. В статье же об этом нет ни слова. Более того, из ее контекста следует, что автор ведет речь о законных сделках и расчетах между „Роснефтью“ и компаниями, принадлежащими ее экс-президенту». Оспаривание подзаголовка «И дешевые „дочки“ Роснефти», считает Бобров, может иметь еще меньшие перспективы, так как может рассматриваться как оценочное суждение. В отличие от утверждений, достоверность которых можно проверить, оценочные суждения не являются предметом судебной защиты, будучи субъективным мнением автора. Публикация на VTimes по ссылке>> Прим.: VTimes — медиапроект бывших редакторов и журналистов газеты «Ведомости».
>
Юридический институт «М-логос» публикует очередной дайджест новостей процессуального права. В выпуске аналитика от Bobrov, Tolstov&partners, подготовленная адвокатом бюро Юлией Долгушиной. Дайджест доступен по ссылке и содержит информацию о наиболее важных событиях в национальном и зарубежном законодательстве, судебной практике, доктрине, а также блогосфере, касающихся процессуального права. Прим.: Юридический институт «М-Логос» является ведущим российским центром дополнительного профессионального образования юристов, а также организатором просветительских и научных мероприятий, исследований и проектов в сфере юриспруденции. Дайджест доступен << по ссылке
>
Максим Бобров делится советами подготовки и подачи жалоб в Экономическую коллегию Верховного Суда на основе личного опыта выигранных дел в высшей судебной инстанции. Обжалование в ЭК ВС является одной из наиболее сложных задач для судебных юристов. По статистике только 1,5 % всех поданных жалоб передаётся для рассмотрения. В материале по главной теме журнала «Арбитражная практика для юристов» (№12) вы прочтёте о том, как подготовить жалобу в Верховный Суд, чтобы она имела максимальные шансы на успех, включая: 1. Как оценить целесообразность подготовки жалобы и перспективы ее передачи/рассмотрения в ВС РФ; 2. Какие вопросы стоит поставить перед подготовкой жалобы в ВС РФ; 3. Как практика ЭК ВС РФ понимает критерий «существенности» нарушений норм права при пересмотре дел; 4. Какие нарушения нижестоящих судов не будут иметь перспектив при обжаловании в ВС РФ; 5. Как правильно структурировать жалобу, каким должен быть ее объем, какие ошибки не стоит допускать при ее составлении. Материал по ссылке>>
>
Журнал Legal insight публикует статью Максима Боброва с анализом одного из наиболее важных документов, принятых за последнее время в сфере корпоративного права — Обзора судебной практики Верховного Суда РФ по вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах от 25.12.2019 г. Разъяснения обзора крайне важно учитывать при оценке корпоративных рисков в ООО и АО при заключении сделок, принятии решений, возникновении конфликтных ситуаций, так как документом: 1. Пересмотрена прежняя практика удостоверения решений участников ООО (привлечение нотариуса потребуется в большем числе случаев, например, при принятии решений единственным участником или при голосовании за алтернативный способ фиксации решений); 2. Существенно изменено соотношение сил в корпоративных конфликтах между мажоритариями и миноритариями в пользу последних (допускается исключение мажоритария-нарушителя из компании, становится сложнее «размыть» долю миноритария, предусматривается «упрощенное» оспаривание корпрешений и др.); 3. Закреплены новые основания для оспаривания сделок (например, если сделка препятствовала справедливому распределению прибыли), а также новые основания для оспаривания решений собраний и др. СТАТЬЯ: Новый обзор Верховного Суда о хозяйственных обществах: анализ ключевых разъяснений Максим Бобров, адвокат, к.ю.н., управляющий партнер АБ «Бобров, Толстов и партнеры» В декабре прошлого года Президиум Верховного Суда РФ утвердил «Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах» (далее — Обзор). Обзор закрепляет новые подходы к удостоверению корпоративных решений, защите миноритариев, оспариванию решений, сделок и др. Максим Бобров рассматривает наиболее интересные из них. Расширен перечь случаев обязательного нотариального удостоверения решений участников ООО • Решение общего собрания участников ООО о ненотариальном способе фиксации решений общества теперь должно быть удостоверено нотариально. C 01.09.2014 для исключения фальсификации корпоративных решений законом был введен обязательный нотариальный порядок удостоверения решений общего собрания участников ООО и состава присутствующих на нем лиц (п. 3 ст. 67.1 ГК РФ). Нотариус был не нужен, только если в устав было внесено положение о ненотариальном удостоверении решений либо ненотариальный способ удостоверения решений предусматривался решением общего собрания участников, принятым всеми участниками ООО единогласно. На практике компании, не внесшие соответствующие изменения в свои уставы, пользовались вторым исключением. Для этого все участники собирались на общем собрании и отдельно голосовали за удостоверение принятых решений в ненотариальной форме (например, путем подписания протокола). Такой подход не вызывал сомнений у государственных органов и поддерживался судами. Однако в п. 2 Обзора Верховный Суд высказал противоположный подход — решение участников об определении альтернативного способа фиксации решений требует нотариального удостоверения. Нарушение этого правила повлечет ничтожность принятых решений . • Решение единственного участника ООО потребует нотариального удостоверения. Ранее складывалась практика, согласно которой требование пп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ о нотариальном удостоверении решений общих собраний участников не распространяется на ООО с единственным участником. Такой позиции придерживались ФНС России, ЦБ РФ, Федеральная нотариальная палата, судебная практика . Единственный участник оформлял свои решения в простой письменной форме. В п. 3 Обзора Верховный Суд также кардинально меняет существовавший подход. Согласно высказанной им позиции пп. 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ направлен на исключение фальсификации решения высшего органа управления общества и не содержит исключения в отношении решений единственного участника в части требования об их нотариальном удостоверении. Таким образом, чтобы единственному участнику избежать привлечения нотариуса при принятии решений, необходимо внести необходимые изменения в устав или однократно в присутствии нотариуса зафиксировать, что все его решения будут удостоверяться ненотариальным способом. Применительно к двум рассмотренным пунктам Обзора возникает вопрос, являются ли действительными решения участника / собрания участников ООО, принятые до даты утверждения Обзора (25.12.2019), если они нарушают его разъяснения? Полагаем, что положения Обзора не должны распространяться на такие решения и влиять на их действительность. На это, в частности, указывается в Определении Верховного Суда РФ от 30.12.2019 № 306-ЭС19-25147. С учетом изложенного можно сформулировать несколько рекомендаций о порядке удостоверения решений участников ООО после 25.12.2019 (если в уставе ООО отсутствует положение о ненотариальной форме их фиксации): 1) проверить, не было ли принято после указанной даты участниками ООО решений с нарушением требований об их нотариальном удостоверении, что будет означать их ничтожность; 2) единственному участнику / единогласно всем участникам ООО принять решение об удостоверении своих решений альтернативным способом и удостоверить его нотариально. При этом если единственным участником будет иностранное юрлицо, придется выдавать доверенность, чтобы представитель оформил указанное решение у российского нотариуса (у иностранных нотариусов на практике это сделать невозможно. — Прим. авт.). Новые возможности по исключению участников из ООО В соответствии с абз. 4 п. 1 ст. 67 ГК РФ участникам с долей от 10 % предоставлен особый механизм защиты в виде исключения другого участника из ООО, если он причинил компании существенный вред либо иным образом существенно затрудняет ее деятельность. Часто именно этот механизм защиты применяется в рамках корпоративных споров и нередко является единственным эффективным способом их разрешения. Однако суды несправедливо ограничивали возможность его применения к мажоритарному участнику или в споре между паритетными партнерами (50/50). В Обзоре содержатся три важных разъяснения, меняющих практику по вопросу исключения участников из ООО. • Участник ООО с долей более 50% теперь может быть исключен. До Обзора суды в большинстве случаев отказывали миноритариям в их исках об исключении участников с долей более 50 %, даже если те грубо нарушали интересы общества. Причина крылась в п. 11 информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.05.2012 № 151, допускающем исключение мажоритария, если по уставу у участников нет права на свободный выход из ООО. Иными словами, если ты миноритарий в обществе, из которого в силу запрета по уставу нельзя свободно выйти, то только в такой ситуации «запертой двери» можешь попытаться исключить своего более крупного «партнера». Если же право на выход не ограничено (характерно для большинства компаний. — Прим. авт.), то при корпоративном конфликте ты можешь уйти только сам и исключить мажоритария уже не вправе . В результате мажоритарий мог годами причинять ООО и другим участникам серьезный вред с осознанием того, что выгнать из бизнеса его нельзя. Верховный Суд в п. 8 Обзора меняет устоявшийся прежде подход, указывая, что в законе нет ограничений на исключение из ООО участника с долей более 50 %, если будет доказано, что им допущены существенные нарушения (абз. 4 п. 1 ст. 67 ГК РФ). Это существенно усилит позиции миноритариев в корпоративных спорах и будет сдерживать от совершения противоправных действий мажоритариев. • Наличие корпоративного конфликта и равное распределение долей между его сторонами не будут препятствовать исключению участника. В спорах между двумя участниками, имеющими равные доли (50/50),
>
В журнале Legal Insight опубликована статья Максима Боброва «Итоги процессуальной реформы: революция или эволюция?». 28 ноября 2018 г. Президент РФ подписал Федеральный закон № 451-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» о реформе процессуального законодательства, принятие которого было инициировано Верховным судом РФ. Законом изменены многочисленные нормы Гражданского процессуального кодекса РФ, Арбитражного процессуального кодекса РФ и Кодекса административного судопроизводства РФ, регулирующие порядок рассмотрения гражданских и административных дел в арбитражных судах и судах общей юрисдикции. В юридическом сообществе и СМИ проведенную реформу стали называть «процессуальной революцией». Новые положения вступят в силу с началом деятельности кассационных и апелляционных судов общей юрисдикции, эта дата будет определена не позднее 1 октября 2019 г. Рассмотрим наиболее важные изменения, внесенные в процессуальное законодательство, а также попытаемся понять, действительно ли можно говорить о «процессуальной революции». Представлять интересы в судах будут профессионалы Одним из важных предложений Верховного суда РФ в рамках реформы стало введение профессионального ценза для судебных представителей с целью повышения гарантий судебной защиты и качества рассмотрения судебных дел. Первоначальными поправками было предусмотрено, что представителями в суде смогут быть только адвокаты и лица, имеющие высшее юридическое образование. До этого схожие нормы действовали лишь в рамках Кодекса административного производства РФ. В качестве исключения было предложено разрешить участвовать в суде поверенным, не имеющим юридического образования, которые могли бы совершать ограниченный круг процессуальных действий по даче объяснений, получению извещений и т. п. Впоследствии законодатель отказался от поверенных, а поправки о профессиональном представительстве были скорректированы. В итоге представлять в арбитражных судах интересы участвующих в деле лиц теперь смогут только адвокаты или иные лица с высшим юридическим образованием либо ученой степенью по юридической специальности (ст. 59 АПК РФ). Для судов общей юрисдикции, рассматривающих дела по нормам Гражданского процессуального кодекса РФ, введены аналогичные правила, но в более мягкой форме (ст. 49 ГПК РФ). Так, профессиональный ценз будет распространяться на представителей во всех судах общей юрисдикции, кроме районных и мировых. В последних же представителем, как и раньше, сможет быть любое лицо, что является оправданным в сегодняшних условиях. Обратное могло бы привести к снижению гарантий права на судебную защиту для обычных граждан, которые часто не имеют возможности нанять и оплатить даже недорогих юристов для рассмотрения своих споров. Важно отметить, что требования о профессиональном цензе представителя не будут распространяться на директоров компаний, арбитражных управляющих, а также на других законных представителей (ст. 59 АПК РФ, ст. 49 ГПК РФ, ст. 55 КАС РФ). Решения останутся мотивированными Одной из главных идей «процессуальной революции», предложенной Верховным судом РФ, стал отказ от составления мотивировочной части судебных актов судов общей юрисдикции. Согласно разработанным изменениям, почти все судебные решения, принятые по гражданским делам, должны были состоять только из вводной и резолютивной частей. Такой подход Пленум Верховного суда РФ объяснял необходимостью снижения нагрузки на судей, а также тем, что, по статистике, только небольшая часть судебных актов обжалуется и отменяется в апелляционном порядке. Однако это предложение встретило шквал критики. Например, Правительством РФ были высказаны опасения по поводу того, что такой подход может снизить уровень ответственности судей за принимаемые решения. Против данного нововведения также выступила Федеральная палата адвокатов. В итоге от спорного положения реформы решили полностью отказаться. Увеличен срок рассмотрения дел в арбитражных судах До реформы, согласно ч. 1 ст. 152 АПК РФ, арбитражное дело должно было рассматриваться судом в срок, не превышающий трех месяцев с момента подачи искового заявления. Однако на практике данная норма редко соблюдается из-за высокой загруженности судов. В связи с этим законодатель решил увеличить срок рассмотрения дел с трех до шести месяцев с возможностью его продления до девяти месяцев. Теперь нормативные сроки разрешения споров приведены в соответствие со средними реальными сроками рассмотрения арбитражных дел. В Арбитражном процессуальном кодексе РФ изменен порядок отвода судей Новый Закон изменил правила отвода судьи / состава суда при разрешении арбитражных споров, унифицировав их в соответствии с положениями Гражданского процессуального кодекса РФ. Если прежде этим вопросом занимались председатель арбитражного суда, его заместитель или председатель состава суда, то теперь судья или судьи, рассматривающие дело коллегиально, будут сами решать вопрос о своем отводе. Важно отметить, что и в прежней редакции Закона нормы об отводе на практике почти в 100% случаев приводили к отказу в удовлетворении заявленных ходатайств. В текущей редакции они и вовсе теряют какой-либо смысл, поскольку нарушают базовый принцип правосудия, согласно которому никто не может быть судьей самому себе. Введена сплошная кассация в судах общей юрисдикции До принятия поправок порядок рассмотрения кассационных жалоб в судах общей юрисдикции и арбитражных судах различался. Ключевое отличие заключалось в том, что арбитражные суды на уровне первой кассации рассматривали все поданные кассационные жалобы, в судах же общей юрисдикции этот вопрос зависел от усмотрения судьи, который на этапе подачи жалобы решал, передавать ее или нет на рассмотрение в кассационную инстанцию. Теперь кассационные суды общей юрисдикции будут рассматривать все поступающие жалобы без применения фильтра по отбору дел. Данное изменение должно повысить гарантии судебной защиты граждан при обжаловании судебных актов в судах общей юрисдикции, где апелляционные суды, к сожалению, крайне формально и неэффективно выполняют возложенные на них функции по проверке судебных актов. Изменены правила о подведомственности и подсудности Закон исключил из процессуальных кодексов понятие «подведомственность», означавшее разграничение полномочий между судами общей юрисдикции и арбитражными судами, и заменил его понятиями «компетенция» и «подсудность». Ранее, если иск был принят к рассмотрению арбитражным судом или судом общей юрисдикции с нарушением правил о подведомственности, суд просто прекращал производство по делу, а истец вынужден был повторно обращаться с заявлением в надлежащий суд. Теперь в подобной ситуации суд не прекратит производство, а сам направит дело в другой суд (ст. 7 39 АПК РФ, ст. 33 ГПК РФ, ст. 27 КАС РФ). При рассмотрении законопроекта не нашло поддержки предложение Верховного суда РФ об исключении из Арбитражного процессуального кодекса РФ возможности установления сторонами договорной подсудности при рассмотрении спора. Оставить такое право предлагалось только для рассмотрения дел с участием иностранных лиц. Подобный шаг объяснялся тем, что на практике применение договорной подсудности способствовало увеличению нагрузки, возлагаемой на суды таких регионов, как город Москва, Московская область и город Санкт-Петербург. В итоге от этой идеи отказались, и она вполне обоснованно была исключена из законопроекта. Истцы вынуждены будут собирать больше информации об ответчиках Закон вводит новые требования к идентификации ответчика / должника для того, чтобы исключить возможность
>
Legal Insight публикует статью Максима Боброва “Ответственность контролирующих лиц: тенденции законодательства и судебной практики”. В публикации Максим обращает внимание на тенденцию, ставшей закономерностью, ужесточения правил о субсидиарной ответственности. Рассказывает о новых рисках при заключении крупных сделок и ужесточении требований к деловой репутации банкиров, а также об ответственности директоров (участников) ООО за брошенные компании. Legal Insight публикует статью Максима Боброва “Ответственность контролирующих лиц: тенденции законодательства и судебной практики”. В публикации Максим обращает внимание на тенденцию, ставшей закономерностью, ужесточения правил о субсидиарной ответственности. Рассказывает о новых рисках при заключении крупных сделок и ужесточении требований к деловой репутации банкиров, а также об ответственности директоров (участников) ООО за брошенные компании. За последние полтора года законодательство и судебная практика об ответственности контролирующих лиц компаний сделали серьезный шаг вперед. В первую очередь это связано с ужесточением правил о субсидиарной ответственности. Во II квартале 2018 г. увеличились вдвое как количество судебных решений о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника, так и сумма взысканных с них средств, составившая 37,3 млрд рублей. Так какие же риски на сегодняшний день несут лица, контролирующие компанию? Ужесточение правил о субсидиарной ответственности Расширено определение контролирующие лица. Введенная в действие глава III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) существенно расширила определение понятия контролирующих должника лиц с целью максимального ограничения ухода реальных бенефициаров должника от ответственности в случае банкротства компании и причинения убытка ее кредиторам. Теперь к числу контролирующих может быть отнесено любое лицо, которое имело возможность определять действия компании (должника): руководитель, члены совета директоров, акционеры, конечные бенефициары, сотрудники (главный бухгалтер, финансовый директор и др.). Верховный суд РФ в Постановлении от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) отметил, что отнесение к числу контролирующих должно быть связано с наличием у лица фактического контроля над обществом независимо от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Теперь к контролирующим должника может быть отнесено любое лицо, которое «извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения» менеджмента банкрота (подп. 3, п. 4, ст. 61.10 Закона о банкротстве). Указанный подход не так давно был применен в нашумевшем деле № А22-941/2006 ООО «Дальняя степь», являвшемся в 2000-х гг. одной их структур, подконтрольных фонду Hermitage небезызвестного Уильяма Браудера, через которую приобретались акции крупных российских компаний. Впоследствии ООО «Дальняя степь» было объявлено банкротом. Незадолго до этого из общества вывели значительные денежные средства, что не позволило ему погасить налоговую задолженность на сумму более 1 млрд рублей. В рамках данного дела к субсидиарной ответственности были привлечены российское подразделение банка HSBC и офшорная компания HSBC Management, которые, по мнению суда, необоснованно получили выгоду в размере выведенных денежных средств, а значит, являлись контролирующими должника лицами. Расширена возможность подачи заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности. Теперь инициировать процедуру привлечения к субсидиарной ответственности можно не только в процессе банкротства, но и в ряде случаев до его начала, а также по завершении или ликвидации компании-должника (ст. 61.16, ст. 61.19 Закона о банкротстве). Введены новеллы об ответственности номинальных директоров. Впервые в Законе о банкротстве появилась отдельная норма для номинальных директоров и акционеров, позволяющая им уменьшить свою субсидиарную ответственность или вовсе избежать таковой (п. 9 ст. 61.11). Согласно этой норме, суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности привлекаемое лицо, если будет доказано, что оно осуществляло функции органа управления номинально и благодаря ему установлены истинный бенефициар, его имущество и (или) имущество обанкротившейся кредитной организации. Верховный суд РФ дал ряд важных разъяснений в отношении порядка применения этих норм. Так, в пункте 6 Постановления № 53 указано: • выполнение функций номинального руководителя компании само по себе не является основанием для освобождения такого лица от субсидиарной ответственности; • для уменьшения судом размера ответственности действия номинала должны не просто позволить найти конечного бенефициара, а привести к реальной компенсации потерь кредиторов (например, за счет обращения взыскания на его имущество). Определен размер ответственности за неподачу заявления о собственном банкротстве компании при последовательной смене директоров. В пункте 15 Постановления № 53 Верховный суд РФ разъяснил крайне важные для практики правила об определении объема субсидиарной ответственности последовательно сменяющихся директоров при неисполнении ими обязанности по подаче заявления о собственном банкротстве компании. На практике нередко имела место следующая ситуация. В деятельности компании появлялись признаки банкротства. Соответственно, у директора, согласно ст. 9 Закона о банкротстве, возникала обязанность в месячный срок подать заявление о банкротстве, но он ее не исполнял. Его сменял новый директор, который также не подавал такого заявления, набирал новые долги, а компания продолжала скатываться в банкротство. По нормам Закона, при неисполнении директором обязанности по подаче заявления о банкротстве с него могут быть взысканы все появившееся у компании новые долги, если она не сможет сама по ним расплатиться. При этом возник вопрос о том, будет ли первый уволившийся директор нести субсидиарную ответственность за долги, которые возникнут у компании позднее из-за действий последующих директоров. Верховный суд РФ разъяснил, что в такой ситуации первый директор будет солидарно нести субсидиарную ответственность за все долги, которые возникнут у компании в результате действий последующих директоров, вплоть до введения процедуры банкротства. Согласно указаниям Верховного суда РФ, чтобы не нести подобных рисков, директор должен публично сообщить неограниченному кругу лиц о неисполнении им обязанности по обращению в суд для признания компании банкротом. Новые риски при заключении крупных сделок 26 июня 2017 г. Пленум ВС РФ утвердил Постановление № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность». В документе, в целом посвященном разъяснению порядка одобрения и оспаривания экстраординарных сделок, также отражен вопрос об имущественной ответственности контролирующих лиц. В пункте 10 Постановления разъясняется обязанность совета директоров (директора) по подготовке и утверждению, согласно п. 2 ст. 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», заключения о крупной сделке для принятия решения о ее одобрении общим собранием акционеров. Нарушение обязанности по подготовке заключения советом директоров (директором) может служить основанием для взыскания с них убытков, причиненных компании заключением сделки. Ужесточение требований к деловой репутации банкиров С 28 января 2018 г. вступили в силу новые требования к деловой репутации приобретателей (владельцев) крупных пакетов акций (долей), органов управления и должностных лиц кредитных организаций. Почти вдвое (до 25) увеличен список критериев оценки деловой репутации акционеров и руководителей, членов совета
>
В журнале «Банковское обозрение» опубликована совместная статья управляющего партнера адвокатского бюро «Бобров, Толстов и партнеры» Максима Боброва и управляющего партнера адвокатского бюро «Леонтьев и партеры» Вячеслава Леонтьева. В статье рассмотрены основания для привлечения к ответственности топ-менеджмента банковской сферы, вопросы увеличения рисков и ужесточения правил, а также дан прогноз развития ситуации в ближайшем будущем. Ведь, как говорится, осведомлен — значит, вооружен. В последнее время, с учетом политики Центрального банка, очевидна тенденция ужесточения ответственности за незаконные банковские операции, в том числе путем расширения применения ответственности уголовной. Преобразования в различных сферах российского общества имели своим последствием и трансформацию преступных явлений, принимавших все более изощренные формы. Поговорим об этом, а также о том, что данными рисками можно будет управлять. Управление рисками — это не только построение системы риск-менеджмента в организации, риски могут касаться различных сфер деятельности банка. Мы рассмотрим основания для привлечения к ответственности в банковской сфере, увеличение рисков и ужесточение правил, а также прогнозирование их развития в ближайшем будущем. ПРЕСТУПЛЕНИЯ И НАКАЗАНИЯ В БАНКОВСКОЙ СФЕРЕ Как заявила глава Центробанка Эльвира Набиуллина, финансовый регулятор намерен расширить круг лиц, на которых распространяется уголовная ответственность за совершение незаконных банковских операций. По ее мнению, необходимо ужесточить ответственность лиц, которые не входят в круг топ-менеджеров, но участвуют в принятии решений, способствующих преступным действиям, поскольку часто схемы вывода активов копируются из банка в банк, причем топ-менеджмент включается в базу данных ЦБ, а организация схемы происходит на невысоком уровне должностей. При таких условиях становятся актуальными изучение существующих путей и оснований для привлечения к ответственности в данной сфере и прогнозирование их развития в будущем. Традиционно преступления в банковской сфере условно делятся на две группы: • направленные против порядка функционирования банковских учреждений: незаконная банковская деятельность (ст. 172 УК), легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем (ст. 174, 174¹ УК); • направленные против интересов вкладчиков и собственников кредитных организаций, к которым относятся: мошенничество (ст. 159 УК), незаконное получение кредита (ст. 176 УК), злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (ст. 177 УК), преднамеренное банкротство (ст. 196 УК), фиктивное банкротство (ст. 197 УК). Что касается квалификации действий в конкретном случае, то она зависит в большей степени от складывающейся практики правоприменения и зачастую субъективной позиции следователя. Часто предъявление топ-менеджеру банка обвинения по составам преступлений, не связанным с хищением, таким как незаконное получение кредита (ст. 176 УК), преднамеренное или фиктивное банкротство (ст. 196,197 УК), злоупотребление полномочиями (ст. 201 УК), обусловлено лишь неспособностью доказать умысел управленца, направленный именно на хищение, так как, с объективной точки зрения, каждый из указанных составов направлен либо на вывод денежных средств из банка, либо на последующее сокрытие такого вывода. В основном, для хищения и последующего незаконного вывода капитала из России используются счета открытые в банках, расположенных на территории офшорных зон (Швейцария, Британские Виргинские острова, острова Мэн, Джерси, Бермуды и др.), а также счета лиц, хотя и открытые в банках стран, не входящих в перечень офшорных зон (например, прибалтийские государства), но принадлежащие последним. Как правило, эти деньги выводятся из страны через сложные схемы с использованием государств — «прослоек», с которыми у России заключены договоры об избегании двойного налогообложения, (например, Кипр, Литва, Латвия, Эстония). Делается это для того, чтобы было практически невозможно установить место нахождения преступных доходов и провести последующую идентификацию конечного бенефициара. Руководители филиалов в отдельных случаях посягают на имущественные интересы своих учреждений, вводя в заблуждение вышестоящую администрацию. Причем, чем дальше регион, в котором находится филиал, тем охотнее и проще такие преступления совершаются. Механизм их в целом несложен. Денежные средства перечисляются на счета подставных организаций по фиктивным договорам, а затем обналичиваются. Для сокрытия от головной организации необоснованного расходования денежных средств применяются различные способы. ИНТЕРЕСНЫЕ СХЕМЫ «Схема по замене ценного актива на пустышку» выглядит следующим образом. Достигнув соглашения о покупке банка с его бенефициаром, «черные банкиры» обеспечивали переход к ним корпоративного контроля в банке путем включения своих доверенных лиц в состав совета директоров, назначения своего доверенного лица на пост председателя правления банка, а затем начинали вывод активов банка, сначала для расчета с прежними акционерами, а затем и для удовлетворения своих нужд. Универсальным средством выведения активов стал фиктивный депозитарий, зарегистрированный на подставное физическое лицо, на которое была получена лицензия, при этом даже регулярно сдавалась необходимая для этой организации отчетность. Миллиарды рублей перечислялись якобы для покупки высоколиквидных ценных бумаг, заключались соответствующие договоры купли-продажи, приобретенные акции и облигации ставились на баланс банка. Банки отчитывались перед ЦБ РФ, представляя удовлетворительные балансы, согласно которым в их активе имелось соответствующее количество ценных бумаг. Преступная идея заключалась в том, что депозитарий не обладал никакими ценными бумагами и никогда не покупал их в действительности. Все акции и облигации существовали исключительно на «бумаге». До настоящего времени одной из крупных по сумме хищения схем является «молдавская схема транзита», по которой иностранные компании заключали договоры займов с российскими компаниями на сотни миллионов долларов или выступали по ним поручителями, после чего обязательства по фиктивным долгам не исполнялись и кредиторы обращались за взысканием средств в суды Молдавии, так как поручителями помимо российских компаний выступали граждане этой страны, их подписи, как правило, подделывались, а сами они не имели ни малейшего представления о своем участии в подобных сделках. Затем суд Кишинева принимал решение о взыскании средств с российских компаний, на их счета, открытые в молдавских банках, переводились денежные средства, и в тот же день приставы по судебным приказам взыскивали нужную сумму, после чего отправляли ее на счета кредитора — офшорной компании, открытые в том же молдавском банке. Затем уже «отмытые» денежные средства перечислялись другим контролируемым офшорным компаниям по различным основаниям. Следующим не менее масштабным способом является «схема по покупке ценных бумаг», согласно которой российский банк создает офшорную компанию, регистрирует ее на подставное лицо, затем данная фирма выпускает акции, после чего банк покупает их. При этом сама компания никакой хозяйственной деятельности не ведет и на бирже акциями не торгует, а для создания видимости целесообразности сделки передает управление ими другому офшорному банку. Еще одним популярным способом является «депозитная схема». Суть ее заключается в размещении денежных средств в иностранных банках международного уровня в виде депозита. На первый взгляд, такие действия банка должны приветствоваться регулятором, поскольку образуют ликвидный портфель и относятся к активам банка высокого качества, что, в свою очередь, повышает рейтинг банка, его стоимость и т.д. Но дело в
>
Главные судебные споры 2018 года По сложившейся традиции в декабрьском журнале Legal Insight партнеры АБ “Бобров, Толстов и партнеры” рассказывают о главных судебных спорах уходящего года. На смену старым тенденциям в области споров приходят новые. Рынок активно реагирует на эволюционирующие факторы: цифровые новшества, усиление административного давления, ужесточение санкций. Если предыдущий год запомнился многомиллиардными битвами титанов бизнеса, то в нынешнем явно доминировали дела, связанные с банкротством. В предлагаемом обзоре рассмотрен ряд принципиально новых правовых позиций по завершенным в 2018 г. спорам, в том числе новые подходы к оценке законности условий мировых соглашений, сформулированные Верховным судом РФ, проанализированы первое дело о признании криптовалюты имуществом и попытка Верховного суда РФ преодолеть общее правило об имущественном иммунитете единственного жилья должника в процессе банкротства. Конкурсный управляющий ООО «Дальняя степь» vs банк HSBC и компания HSBC Management УТВЕРЖДЕНИЕ МИРОВОГО СОГЛАШЕНИЯ В РЕЗУЛЬТАТЕ ПРИВЛЕЧЕНИЯ КОНТРОЛИРУЮЩИХ ДОЛЖНИКА ЛИЦ К СУБСИДИАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ. Данное дело о привлечении к суб- сидиарной ответственности структур известного международного банка HSBC по долгам ООО «Дальняя степь», подконтрольного фонду Hermitage Уильяма Браудера, с самого начала вызвало повышенный интерес у специалистов в области банкротных и корпоративных споров. Отдельного внимания заслуживает неожиданная попытка сторон завершить спор в Верховном суде РФ мировым соглашением с нестандартными условиями, выходящими за пределы исковых требований. ФАБУЛА ДЕЛА. В 2017 г. российская дочка банка HSBC и компания HSBC Management по заявлению конкурсного управляющего ООО «Дальняя степь» были привлечены к субсидиарной ответственности по долгам последнего в общей сумме порядка 1,25 млрд рублей. В ходе рассмотрения спора суды пришли к выводу о том, что лица, привлеченные к субсидиарной ответственности, осуществляли фактический контроль над должником, у которого имелись неисполненные обязательства перед налоговым органом. В результате их согласованных преднамеренных действий со счета должника были выведены значительные денежные средства, что сделало невозможным погашение им задолженности по налогам и привело к банкротству. Обе стороны обжаловали судебные акты в Верховном суде РФ и в процессе рассмотрения жалоб ходатайствовали о заключении мирового соглашения с нестандартными условиями, выходящими за пределы исковых требований. Условия мирового соглашения: HSBC дополнительно к уже взысканным судом суммам выплачивает в конкурсную массу должника 409 млн рублей; стороны не будут оспаривать обстоятельств, установленных судами при рассмотрении обособленного спора; компания HSBC Management не признает юрисдикцию российских судов в отношении каких- либо иных споров, так или иначе связанных с рассматриваемым делом. ВЫВОДЫ СУДА. Верховный суд РФ несколько раз откладывал судебные заседания, предлагая сторонам пояснить свои намерения и доработать мировое соглашение, но в итоге все же отказал в его утверждении. Суд счел условие мирового соглашения о дополнительной выплате в конкурсную массу экономически нецелесообразным. С учетом того, что стороны отказались раскрыть мотивы включения данного условия в мировое соглашение, Верховный суд РФ расценил его как плату за отмену преюдиции и признал не соответствующим целям и задачам примирительных процедур. Также Верховный суд РФ критически отнесся к условию мирового соглашения о непризнании компанией HSBC Management юрисдикции российских судов. По мнению Суда, утверждение соглашения с подобным условием приведет к одобрению нераспространения компетенции российских судов на компанию HSBC Management в рамках иных дел, связанных с рассматриваемым, что не соответствует закону. ЗНАЧИМОСТЬ СПОРА ДЛЯ ПРАКТИКИ. Сформулированные судом выводы могут существенно изменить практику утверждения мировых соглашений по широкому спектру споров. Верховный суд РФ фактически расширил перечень осно- ваний, по которым можно сделать вывод о несоответствии условий мирового соглашения закону. Одним из таких новых оснований может стать презумпция несоответствия условий мирового соглашения закону при невыполнении требования суда раскрыть информацию о причинах включения в соглашение дополнительных условий, вы- ходящих за пределы исковых требований. Такое процессуальное поведение стороны может быть признано непоследовательным и неуважительным по отношению к суду, что повлечет за собой отказ в утверждении мирового соглашения. Финансовый управляющий А.И. Леонов vs гражданин-банкрот И.И. Царьков О ПРИЗНАНИИ КРИПТОВАЛЮТЫ ИМУЩЕ- СТВОМ И ВКЛЮЧЕНИИ ЕЕ В КОНКУРСНУЮ МАССУ. Несмотря на небольшую стоимость спора, данное дело является прецедентным для российской судебной практики. Это первый случай, когда суд в отсутствие прямого правового регулирования пытался самостоятельно определить правовую природу криптовалюты с точки зрения российского права и возможность обращения на нее взыскания. ФАБУЛА ДЕЛА. В отношении должника, г-на И.И. Царькова, признанного банкротом, была начата процедура реализации имущества. Финансовому управляющему стало известно о наличии у должника криптовалютного кошелька с биткоинами, которые, по его мнению, следовало включить в конкурсную массу. Должник возражал против этого и отказался предоставить доступ к кошельку, из-за чего разногласия были переданы на рассмотрение в суд. ПОЗИЦИИ СТОРОН . По мнению финансового управляющего, поскольку основной целью процедуры реализации имущества является как можно более полное выявление имеющегося у должника имущества для удовлетворения требований кредиторов, криптовалюта, которой располагал должник, по аналогии закона относится к «иному имуществу», указанному в ст. 128 ГК РФ, и подлежит включению в конкурсную массу. Должник, в свою очередь, утверждал, что криптовалюта не относится к объектам гражданских прав и находится вне правового поля на территории Российской Федерации, а исполнение сделок с нею и ее транзакции не обеспечиваются прину- дительной силой государства. В связи с этим, по его мнению, криптовалюта не относится к тому имуществу должника, которое может быть включено в конкурсную массу. ВЫВОДЫ СУДОВ. Суд первой инстанции поддержал должника, отказав во включении криптовалюты в конкурсную массу. Основными причинами отказа стала невозможность, по мнению суда, однозначно определить, к какой категории отно- сится криптовалюта (имущество, актив, информация, суррогат и т.п.), исходя из ее формы, механизма появления и реализации прав на нее, а также невозможность применить к ней аналогии закона ввиду отсутствия законодательного регулирования криптовалюты. Апелляционный суд отменил определение первой инстанции, указав, что с учетом современных экономических реалий и уровня развития информационных технологий допускается максимально широкое толкование понятия «иное имущество». В отсутствие правового регулирования суд счел возможным применить к отношениям сторон общие начала и смысл гражданского законодательства. В итоге суд признал криптовалюту иным имуществом, имеющим ценность, но не поименованным в законе, и включил ее в конкурсную массу. Постановление суда должником не обжаловалось. Значимость дела для судебной практики. Несмотря на то, что высшие судебные инстанции не имели возможности высказать свое мнение, данный судебный акт имеет большую ценность, так как задает определенный вектор отношения ар- битражных судов к криптовалюте как к объекту гражданских прав. В ситуации правового вакуума в связи с затянувшейся процедурой рассмотрения законопроекта о цифровых правах (No 424632–7 «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской
